В кафе возле Булгаковского дома за мной сидели двое, мужской голос и женский был. Прямо как из булгаковского романа разговор вели, театрального.

Мужской голос:

- Але, Таня! Ты Жору знаешь? Не знаешь? Так он сейчас к тебе придет. Отдай ему колокол. Ему репетировать надо.
- Але, Жора? Они тебя ждут.

Женский голос

- Репетиция будет за шторкой. Прямо завтра, обязательно за шторкой репетиция. И в афише так и напишем.

Когда я выходила из кафе, за столиком никого не было, и никаких следов. Вот только говорили. Хотела снять их, но вряд ли бы они отобразились.


Пока я ела, по радио говорили по-украински, а пели русские песни. В свой вагон вошла она посмотрела из окна привязалась ко мне,и я ее мурлыкала до самого метро. Прихожу домой, Маша спрашивает - мам, ты не помнишь такую песню, что-то про вокзал и девчонку? Вертится в голове, а вспомнить не могу. Пропела - та самая, да. Просто плохая трансляция была из-за дождя с Андреевского.

- Настя, ты похожа с Варежкой: такая же милая и нежная
- Она маленькая, а я уже большая!
- Но она быстрее тебя вырастет. Люди растут долго, потому что они умные и им много надо узнать. Ты будешь 10 лет учиться в школе, потом в институте, и все равно все на свете не узнаешь
- Да, я знаю. Папа сказал, чтобы научиться пузыри из резинки надувать, надо 10 лет

- Мне три кило огурцов вот такой формы
- Буду я вам выбирать еще
- Ну вот из того ящика можно?
- Вы что хотите за 10 рублей? Золото?

Старушечий голос из конца очереди:

- Грубая какая продавщица!

И что вы думаете, любительница огурцов строгих форм ее осадила

- Продавщица и должна быть грубой! У нее разные люди покупают, всем не угодишь все равно.


Это я закупила продукты, завтра опять в осаде сидеть же. В окрестных магазинах совершенно нечего купить. Одна сомнительная колбаса и консервы еще сомнительные. Горбуша в них белого цвета. А далеко под дождем не охота. И некогда. Дело медленно идет. Очень.

Это парикмахерская. Рядом с домом у нас открыли. Там и правда было трое: парикмахерша меня стригла, маникюрша спала, девочка администратор скучала.

- Скучно администратором работать. Пойти на парикмахершу что ли выучиться, что летом делать?
- На парикмахершу 9 месяцев учиться надо
- Так долго? Все равно выучусь. Я люблю учиться. Не знаю, чего все жалуются, что учиться трудно
- Так не всем легко учеба дается, некоторым трудно
- Это потому что мама с папой платят за все. Мне раньше тоже трудно казалось. А теперь и на учебу заработать надо, и учиться - и сразу легко стало, куда деваться.
- Закира, положи голову на раковину, а ноги на стол, так удобнее спать
- Нет, неудобно мне
- А ты в раковину-то не клади, только обопрись
- Я всему хочу научиться. Я в детстве знаете как рисовала хорошо? Все дети талантливые, просто надо развивать
- Не открывай окно, пусть думают, что у нас кондиционер
- Я и танцевала хорошо, знаете как хорошо!
- Танцевать и сейчас не поздно
- Закира, сделаешь мне хлорирование? Хочу быть и блондинкой и брюнеткой. Чтобы вот так посмотришь - блондинка, а вот так - брюнетка
- Ага... завтра сделаю
- Надо поменять девять вещей. Тогда все у тебя будет хорошо
- Я мебель хочу поменять. Муж говорит - ставить некуда. А я ему - ты купи, я найду куда поставить
- Я всему выучусь. Всему-всему.
- Да, у меня же кошка родила вчера! Три белых и один серенький. Мужу говорю - одного Ильгизу отдадим, он беленького хочет. А он - не отдам ему, он пьяница. Жалеет уже
- Закира, а вот тут еще две прядки рыженькие хочу
- Ага, завтра сделаем
- Надо поменять девять вещей. Тогда все-все у тебя будет хорошо
- Стулья хоть переставить что ли...

Моложавый пенсионер в спортивных штанах

- В Америке все жирные. Богатые, вот и жрут без конца. Смотреть страшно, какие там все жирные. И у нас богатые жирные. Загривки вот такие! Бизнес ланч в кафе 65 рублей. Это 20 долларов. А они приходят и жрут, богатые. А в другом кафе 85 рублей бизнес ланч. Все равно жрут. Приходят и жрут. Три доллара почти. А мы хлеб да молоко, хлеб да молоко, на свою пенсию-то.

Входит глухой и хромой старичок

- Кто последний?
-За мной женщина, а за ней еще одна
- А?
- За мной женщина
- А где она?
- Отошла
- Так я за вами?
- Нет, за мной женщина, а за ней еще одна
- А где она?

Пенсионер-спортсмен:

- А ношпа - это от чего лекарство?
- От печени
-Помогает?

( Read more... )

Почти Кокто.

Мужчина так страшно кричал, что я сначала подумала, что его убивают. Он шел издалека по нашей улице и кричал. Потом я стала различать отдельные слова и удивлялась, что ему никто не отвечает. Потом поняла, что он говорит по телефону.

- Римма, сука! Откуда ты звонишь? Где ты? Ты соображаешь, сколько времени? Я тебя полночи ищу, всех обзвонил, всех обежал, чуть с ума не сошел! Ты что, пьяная? И это моя жена! В три часа ночи! Ты сука, Римма, я убъю тебя! Где ты? Как это не знаешь? Не бросай трубку, не бросай трубку, Римма!! А что ты хотела услышать? Я чуть не рехнулся! Весь горд обежал! Где ты, я сейчас приеду за тобой. Ну хоть какой район? Убить тебя мало! Не бросай трубку, послушай! Подойди к окну. Что ты видишь в окно? Какую проститутку? Ах, ты в зеркало смотришь! Я тебе башку отрублю, застрелю, ты сука, сука!! Римма, не бросай трубку, не бросай трубку, я сейчас за тобой приеду!!

Голос удалялся и дальше стало снова неразборчиво.

Весь день слушаю эту перепалку в новостях и вспоминаю детскую потешку: где вода? быки выпили. где быки - в поле ушли и т.д. до бесконечности:) Кто не слышал - потешьтесь:)

"Юлия Владимировна, вы играете шоу, сходите еще раз к прессе! Если бы вы не были женщиной, мне было бы легче с вами говорить. У вас талант к злодейству, пусть меня Бог простит!"

"Вы довели страну до дефолта в 1997 году!"

"Юлия Владимировна, вы регулярно воровали тот газ, а теперь поучаете, как избавиться от коррупционеров?! Вы на коррупции построили отношения в парламенте! У вас все держится на взятках! И если не заплатите своим партнерам в Верховной Раде, если они не купят себе очередной "Лексус", то они к вам, извините, ж...й повернутся!"

"Идите в суд, Виктор Андреевич! Ваша прокуратура, ваше СБУ. Если есть нарушение закона, открывайте уголовное дело!"

"В какой суд, Юлия Владимировна? В ваш суд? В суд, который вы контролируете?"

Нет, я не злорадствую, но всему же есть пределы. Ну и соло нашего Черномырдина порадовало. Он там сейчас очень к месту как раз.

А когда наша министерша говорит слово субсидия мне не смешно. Не потому что наши дураки загляденье каки,а чужие дураки невесть каки. Мне просто хочется ее пришибить.

- Чтой-то не видать тебя было?
- Так месяц как свалилась она ( так и не поняла кто), с диабетом-то, так и не вставала, пока не померла. Сноха ей уколы два раза в день делала, продлевала. А на третий день как померла, из больницы звонят: приходите инвалидность оформлять. А до этого отказывали. Здоровая считалась.

Еще две глубокие старушки, гуляют поздно вечером, обе с палочками, одна, похоже, почти слепая. К этой слепой и обращалась зрячая.

- Я тебе так скажу: я тебя не брошу. Только приходи ко мне каждый вечер отмечаться, что ты трезвая. А папорт - это мы восстановим, на штраф я денег дам. Только чтоб каждый вечер отмечаться.

Вчера в маршрутке влруг раздалось громко красивым баритоном:

- Сладкая попка, возьми трубку, я хочу сказать тебе, что...

Но тут девушка сказала алло, и продолжения мы не услышали. Это был рингтон в мобильнике. Вид у девушки был совсем не сладкий, а даже наоборот, абсолютно скисший, и бормотала она в трубку сердито. Доносилось - нагулялся... а я при чем.. я с 7 часов ждала...а что я там буду делать... Через пять минут снова раздалось - сладкая попка, возьми трубку. Но что он хотел сказать опять не дали дослушать, взяли таки трубку. На следующей остановке девушка вышла. Попки у нее не оказалось никакой, то есть абсолютно.

[0:05:59] perebeia говорит: а ко мне Лимпи пришла ласкаться вдруг. а к Дыме так и не подходит. посадила ее рядом с ней, а она ощетинилась, как будто я ее к змеям посадила
[0:06:15] Маша говорит: Может, в Дыму вселились инопланетяне?
[0:06:28] perebeia говорит: может, Дыму НЛО забирало и она уже не Дыма

Обратите внимание на время написания двух последних реплик, моей и Машиной. Одновременно враз не сговариваясь. И так у нас всегда. На любом расстоянии. А когда рядом, часто говорим хором. Даже если молчали до этого, мысли текут в одном направлении, и можем враз сказать что-то неожиданное и не связанное с предыдущим разговором. Типа, не сварить ли нам суп-лапшу на обед. И даже одними и теми же словами. Это мистика:)


АПДЕЙТ. Разговор продолжается. Мы еще четырежды сказали враз одно и то же:))

Кондукторша:

- Девушки, вы скоро выходите? А то вид у вас несоответствующий. Имею право высадить.

Смотрю на девушек. Девушки как девушки, девочки скорее. Миниюбки, маечки. Весь город так ходит, жара.

Смотрю на кондукторшу. Ей под 70, на ней топик на бретельках. Над ним лицо в виде глубокой суповой тарелки. Нос на дне, а глаза и рот на боковинах, под углом. Так что видеть она может по идее только собственный подбородок. А вот поди ж ты, разглядела несоответствующий вид. Сама я долго не могла отвести глаз от такого удивительного лица. Чуть свою остановку не проехала. А девушки с перепугу выпорхнули на следующей.

Студентка в маршрутке

- Слыхал, как она отвечала? Простой вопрос - почему у нас не рабовладельческий строй, и не могла ответить!

Милая девочка, это их в институте видно учат, что у нас свобода и нет рабов. Объясни это моей младшей сиделке, которая работает в интернате для психохроников и получает 4000. И рада крошечной комнате в общежитии, два часа езды до центра города, пусть с одним туалетом и душем на весь коидор. Вот только когда ребенка завести сможет не представляет пока. Годам к 40 наверное, если повезет. Или еще пенсионерам хорошо про свободу рассказать, до какого они замечательного времени дожили. Неважно, что паек у них, как в концлагере. Зато золотой запас какой в стране. Так и сияет.

Отправила я посылку-то в Киев, с Главпочты ... просто и не знаю, о чем теперь писать буду в дневнике. Правда, туесочек меду любимому зятю вынуть велели, не положено. Стратегическое сырье этот мед, или взрывоопасный - не ведаю, но зять без подарка остался.

И так мирно и быстро отправила, даже неинтересно. Только старушка у дальнего окошечка чего-то кричала. Все слышалось - татары, татары... Ну, я вслушалась. Старушка такая русская вся, с салазками. Прямо в почте с салазками, на них узел какой-то навьючен.

- Татары все, татары!! Их всех надо к Шаймиеву отправить! Думаете, почему я пятьсот рублей на акции свои получила? Все татары! А так бы мне золото кусками положено, если б не татары. Чего они не едут? Там земли знаете какие? И нет никого. Пусть все едут к Шаймиеву! Там нет никого совсем! А тут Башкирия!

И долго бы неслось еще оттуда - татары! золото кусками! Да девочка из окошечка тихо сказала - идите отсюда, бабушка. Она и повезла свои салазки по лестнице.

Счастливая бабушка. Она хоть точно знает, почему у нас золото не кусками - татары! А тут всю жизнь голову ломаешь, кто виноват - татары, евреи, демократы, мировая закулиса или все же коммунисты, и так ничего и не поймешь.

Моложавый еще кортатай задумчиво смотрит на припаркованные жигули.

- Вот постой, дочка. Я тебе историю расскажу. В колхозе у нас были два брата, оба передовики, орденоносцы. И пришли жигули одни на колхоз для передовиков. За деньги конечно, тогда же нельзя было ничего купить. Председатель дал их одному брату. А второй пошел в сарай и повесился. Вот я смотрю на эти жугли - на каждом шагу они теперь, везде купить можно. И зачем он жизнь свою загубил?

Дальше идем вместе. Дедушке поговорить хочется.

- А тебе сколько лет? А я думал ты молодая. Вот еще послушай. Стою вчера на остановке. Подходит ко мне девушка, распишись, говорит, за СПС в этой таблице, референдум народный. Или за Путина, я уж не помню. А я растерялся, не знаю, как отказаться. Сказал - вижу плохо, а очки забыл. Еле отстала. Зачем я буду за них голосовать? За то что пенсию на сто рублей повысили, а цены на двести? Думают, я дурак совсем? Не буду я голосовать. А и при коммунистах-то тоже не лучше жили... Я строителем работал. Пятьдесят рублей аванс, восемьдесят расчет. Ничего, троих детей вырастил, четыре внука, два правнука. Не знаю, как они жить будут. Может, и хорошо, но не верится. Наверное хорошо, что я не увижу уже.

Решили мы с дедушкой жить долго, назло государству. Пусть кормят. Хоть понемножку платят, да мы их измором возьмем. Похлопали на прощанье друг друга по плечу - это такое наше местное выражение ласки и одобрения, и пошли по своим пенсионерским делам.

Зря мы с Машей Кинга критиковали, что у него герои внутренние монологи и диалоги ведут все время, а так не бывает. Бывает. Прислушалась к себе просто. С утра прямо начинаю оказывается, глянув в зеркало в ванной.

- Ну и рожа! Если такими темпами дело пойдет, придется паранджу носить.
- Ну, может это с утра только, спросонок?
- Ага, спросонок... тебе сколько лет? Видишь, даже не можешь вспомнить с утра, сколько тебе лет, а еще выглядеть хочешь.
- Маску что ли сделать?
- Какую тебе маску, мойся скорее, сейчас Лева проснется, а ты тут любуешься на свою рожу.

- Чайник включить и пойти курить, или не курить до завтрака?
- Давление померь, дура старая, таблетки выпей, потом курить будешь. Опять таблетки разроняла... эти ручки, эти крючки старые... вот гнись теперь на свои жидких коленках, собирай под диваном.

- Геркулес лопай, геркулес, опять до аллергии паштетов нажрешься!
- Не хочу, не хочу, не хочу овес, не буду, завтра, завтра на овсы перейду, последний раз бутербродиками позавтракаю, и завтра - только овсы!
- Ну что, старая .... ( дальше слишком ласково), книжку принесла, а очки забыла как всегда. Все никак не запомнишь, что без очков буквы не видишь, да? О, пошкутельгала, пошкутельгала на своих коленках негнучих, ну как же, мы без книжки позавтракать не можем, пускай жидкие коленки старадают.

- Покурить не забыла, а таблетки, которые после еды, забыла, молодец. Попробуй только урони хоть одну, сама собирать будешь!

- Нет, не стоит в зеркало, вряд ли там что-то изменилось, и на весы тоже, и на фиг худеть с такой рожей? Съешь конфетку и успокойся.

И так пока Лева не проснется. И там уже не до монологов:)

Я полдня провела в поликлинике во исполенение плана своих предотъездных дел. Сначала выстояла
полчаса в регистратуру за талонами. Там новшество. Талоны теперь на компьютере печатают.
Такие вот чудеса. Правда, компы у них допотопные ужасно, принтер один и к нему нужно бегать
куда-то в другой угол, и вообще сломался через три человека после меня, и быстрее очередь все
равно не движется, но процесс пошел, возможно, и амбарные книги когда-нибудь исчезнут.
К терапевту человек 8 было, но очередь идет моментально. Не взглянув на меня выписала мне
те же рецепты, померяла давление и сунула стетоскоп в вырез блузки. А к эндокринологу мне первый талон
достался. Она посетовала, что завалена бумажной писаниной, и ей некогда даже взглянуть на больного.
Почему нельзя выписать рецепт на год на лекарство, которое люди пьют всю жизнь, она не знает. И
никто не знает.
Больше всего времени заняла регистрация рецептов и запись их в амбарные книги.
Туда еще компьютеризация не достигла. Какая-то тетеря там сидит и всех спрашивает фамилию и адрес,
когда перед ней лежит рецептурная книжка, где все это записано. Зато когда одна
сунулась без рецептурной книжки, она ее извела, что не может с голоса записывать, дайте ей книжку и все
тут. Довела бабулю до белого каления, тогда успокоилась. И каждому за что-то пеняла. Мне, например,
за то что пакет у меня шуршит.
Обожаю наши разговоры в очередях. Такая прелесть! Запиши - и готовая пьеса для театра абсурда.

- Вы крайняя?
- Я крайняя. А вы инвалид?
- Нет, я ветеран
- Что-то молодой для ветерана!
- Спасибо, конечно, за комплимент, но мне 60 уже
- Все равно не могли воевать!
- Так я в Африке воевал! А потом в Афганистане.
- А в Гондурасе не воевали?
- А вы тоже молодо выглядите
- Ой, куда там... мне 78 уже. Полтора года как деда схоронила, плачу все, а так я лучше выглядела.

Бабуле хочется поговорить о своем горе, но ветеран настроен на комплименты

- Нет, вы очнь хорошо выглядите!
-Да куда уж там!
- И что я заграницей не остался? Зачем вернулся дурак?
- А я вот не была зграницей ни разу, и не хочу даже! Все на работе путевки заграницу брали, а мне не надо. Чего я там не видала, заразу всякую собирать.
- Да я тоже отсюда не уеду. Такой красоты нигде нет.
- А прирорда у нас какая в Башкирии! нигде лучше нету!
- Да вы просто не были нигде. Я вот и в Африке,и Европу всю объездил
- Да что я там не видала, зараза одна! Все равно у нас лучше.

На этом сходятся все, лучше нашей родины нету, вся очередь кивает головами.

- Вот только начальников наших всех, начиная с самого главного, пострелять всех.

Очередь опять согласно кивает

- Нигде так над народом не издеваются!
- Да что начальники, тут каждая медсестра поиздеваться норовит.

И снова все согласны

- Ну что она там, уснула что ли? Сколько можно печать ставить? Пойду погляжу, что там такое сидит.
- Ой, мамочки!! Вот это взгляд. Так глянула, наркоза не надо.
- Кто там шуршит пакетом??

Я не призналась, побоялась.

Но все же я это сделала! И даже все лекарства выкупила уже. И анализы у меня все хорошие.
Холестерин только маленько высоковат. Ну, значит, права очередь. Не так уж плохо у нас жить, не голодно
пока это точно. Остается получить пенсионное и загранпаспорт. Возьму с собой диктофон в очередь, может, напишу
пьесу и затмлю Олби и Ионеско.

Про прощанье не буду. Не хочу вспоминать. Начну с погрузки в поезд Кишенев-Москва. Двое нас в Киеве в сонное купе вселилось. На верхние полки конечно. Второй был мужик с таким выражением отвращения на лице, что просто загляденье. И он еще и словами это отвращение ко всему и всем выражал. И даже согласие у него изображала гримаса отвращения – а, мол, делайте что хотите, все равно от вас хорошего ждать не приходится. Долго он бунчал, ворчал, долбал проводника, пока, наконец, постелился и на полку залез. Я терпеливо ждала в коридоре. И волновалась, смогу ли я еще на верхнюю полку запрыгнуть или придется в коридоре спать на приставном стульчике. Смогла. Мужик уснул, и во сне его лицо выражало все то же отвращение. Но всего отвратительнее были его босые пятки. Почему-то все мужики в поезде ездят босиком.
А я тоже уснула как ни странно. И полдня еще проспала. Видно, молдавские песни, которыми нас всю дорогу услаждали, так подействовали. Очень мне хорошо спалось под все эти трррррррррррррррррррррррррррррррррррйееехх-ха!! Изредка просыпалась и слушала доносившиеся из соседних купе обрывки разговоров.

- А она мне – я ж тебя просила не пить! А я ей – хррясь! А она мне – я ж тебя как человека просила! – А я ей еще раз – хррясь! А она – я тебя последний раз спрашиваю, будешь еще пить? А я ей – хррясь!- Уговорила, наливай!
Купе хохочет. Это дед какой-то рассказывает с восторгом.
Еххха-а! Трррррррррррррррррррррррр! Сплю дальше…просыпаюсь… теперь голос помоложе.

- Была у меня одна воспитательница из детского сада… А вот одна была еще такая красивая, инженерша… А еще у одной двое детей было. Я люблю, когда дети есть у женщины. Ну, жена ревнует, конечно, хоть и молчит. Но я ж вижу. А мне даже приятно. Пусть себе. Я ж ей повода не даю. А вот одна была у меня молодая совсем…

В остальных купе говорили по-молдавски. Молдавского я не знаю к счастью. И все всё время ели и пили. В мусорку объедки не лезли уже. Но проводник все это покидал прямо на пути на подъезде к Москве уже. И правильно сделал. Я в следующий раз тоже что-нибудь кину. Хотя нет. Я больше не поеду через Москву. Через Харьков, Жмеринку, Владивосток, но не через Москву.

Про Москву отдельно. Некогда пока.

Ходили с Машей Софию снимать и Михайловский в темноте. Замерзли как собаки, зашли в корчму на Михайловской вареников поесть и чаю выпить. Там три столика всего, и насестов еще парочка каких-то. Нам насест достался. А с одного из столиков пара подвыпивших мужиков нас доставала. Один даже исхитрился меня чмокнуть, впоследствии оказавшийся художником.
- Девушка, сфотографируйте нас! Девушка, ну что вам,жалко что ли! Я заплачу!
- Ну тихо, тихо, ладно тебе
- А что в самом деле, жалко что ли? Какие-то вы девушки без чувства юмора свосем.
Отстали, увлеклись своим разговором. Мат опускаю.
- А я тебе говорю, для меня только рабочий и крестьянин есть, и больше нет никого! Хотя сам я потомственный интеллигент. У меня мама кассир на железной дороге.
- Ну не говори ты бля, говори ля. Так музыкальнее и эстетичнее.
- А ты такой прямо деликатный, и яйца у тебя Фаберже.
- Ля, прошу тебя, говори ля.
- Девушки, давайте я вам шампанского куплю! Сами мне купите, только отстань? Ну, купите! Давайте!
- Пойдем,пойдем,поздно уже
- А что в самом деле, я не могу шампанского девушками купить? Что за девушки пошли? Картин твоих сколько купил, а шампанского девушкам не могу? Я, девушки, меценат. Картины у него покупаю. Договор у нас, что я все его картины покупаю. А он рисует и рисует, и когда только успевает! А я продавать вот не успеваю. Куда ты их столько понарисовал?
- Ну, пойдем,пойдем, вот шарфик забыл. Ага, девушки, я художник, очень приятно, а он меценат мой.
- И рисует и рисует со страшной скоростью! Да ля, ля, но куда ты их столько понарисовал? куда я их дену?

Наконец уходят, и с улицы еще долго доносится

- Да, я меценат, но куда ты их столько рисуешь? Когда ты успеваешь только? Ля, ля,ля..

Вчера в метро, по дороге на Майдан, прицепилась к нам пожилая женщинка в фиолетовой шубе. И затарахтела по-украински быстро-быстро.

- Ой, вы тоже на Майдан? А где выходить будете? На Льва Толстого? Я тогда с вами, ладно? Я подругу ждала, у нее пропуска. А она не дождалась. Ведь сказала – жди, я обязательно приду. Нет, хвылыночку всего не дождалась! Ноги у ней мерзнут. И как я теперь пройду? А ее и так пустят. Она везде пройдет. Она у меня знаете какая? Косу заплетет вот так, вышиванку наденет, и пляшет. Она иностранцев учит плясать. Они везде пройдет, никого не боится. И всем все в глаза скажет, хоть депутату, хоть министру. Косу заплетет, вышиванку наденет, и все скажет, хоть кому. Ну, у нее сын министр. В отставке правда. Чего ей бояться. Ну как же ж не дождаться было? Хвылыночку всего! Нет, ноги у ней мерзнут, ушла. Мы вместе с ней плясать ходим. Она косу заплетет вот так, вышиванку наденет… А инаугурацию покажут на экране ? Или не успеем уже? Да какой там по телевизору смотреть… у меня радио только. И соседи такие злыдни. Я массаж делаю. Так, задаром. Ну, чаю попью и спасибо. Так как ни придешь к ним – не, мы не смотрим телевизор. Тьфу. Да ладно, я так , задаром. Чай попью и все.

Тарахтела она до самого Майдана почти. Мы уж не надеялись ее потерять. А потом вдруг распрощалась и ушла. И как-то ее стало не хватать :)

Высидела час к врачу. Запаслась инструкцией к камере, решила времени не терять и изучить расширенные операции.

Точка фокусировки может выбираться…

- Вот в этой точке, колет и колет, колет и колет…

Это две бабуси беседуют о болячках

- Я боярышник вот попить хочу
- А, ерунда. Я его десять лет пью, все без толку. Каждый день завариваю.
- А я красный клевер настаиваю. Спирта нет у меня, так на самогонке. По 5 капель в день пить надо. Я не знаю, сколько это, 5 капель. Я по чайной ложке пью.

Автоэкспозиция с приоритетом диафрагмы…

- Вот сюда, в диафрагму отдает. Сказали прокол в желудочке у меня, кардиограмма показала.
- Да, старость не радость. А как я работала! И в саду одна все сажала. Все сама! Вот и надорвала сердце.
Но в голосе гордость, а не сожаление.

Чтобы уменьшить шум на фотографии…

- В голове у меня шум. Никто не знает отчего. И если вот так постучать, то отдается. И ни один врач не знает, отчего это.

А я знаю, бабушка. Пустота там звенит. Пустой итог пустой жизни. Пахала, сажала, работала, теперь лечусь – зачем, для чего? И задать этот вопрос самой себе страшно. Лучше клеверу настоять на самогонке.